Общество

8 нелепых историй, которые произошли с саратовцами на работе

Опубликовано 30 апреля 2016 в 14:01
0 0 0 0 0

Первомай хоть и является выходным, но так или иначе напоминает нам о том, что нужно трудиться. Именно поэтому в канун праздника весны и труда мы попросили саратовцев рассказать нам их дурацкие и совершенно нелепые истории, связанные с работой.

Филипп

Однажды меня угораздило две недели поработать в телемаркетинге. Для тех, кто не знает, телемаркетолог – это современный рыцарь рта и гарнитуры, который звонит вам в самый неподходящий момент, чтобы предложить самую бесполезную на свете (а зачастую просто не работающую) фигню. Труд этот крайне изнурителен как в моральном (шанс успешной сделки находится практически на уровне статистической погрешности), так и в физическом плане. За десять часов работы дешевая гарнитура натирает основание ушной раковины до кровавых мозолей, опухший язык еле помещается во рту, а офисное кресло с жестким сидением, отломанным подлокотником и насмерть заклинившим колесиком явно намекает на серьезные проблемы с позвоночником в будущем. Занималась наша контора распространением чудо-средства (изготовленного, якобы, из вытяжки семенных желез какой-то несчастной африканской зверюшки) для укрепления, так сказать, боевого духа сильной половины человечества.

И вот, в один прекрасный день, уже ближе к концу моей «карьеры» телемаркетолога, я по порядку набирал номера из бесконечного, как мне казалось, списка и как мог старался прельстить абонентов на том конце провода мощной эрекцией и обильными семяизвержениями.

После очередного довольно грубого оборвавшегося разговора, я набрал следующий номер, и этому звонку было суждено было стать роковым в недолгой истории моего работодателя. Хриплый голос отрывисто произнес «слушаю» и умолк практически до самого конца разговора. По юношеской неопытности приняв его молчание за заинтересованность, я взахлеб начал петь заученный панегирик нашей эрзац-панацее. Его молчаливое, размеренное сопение окрыляло. Я уже было хотел осведомиться об адресе, на который нам следовало немедленно отправить пару-тройку (слегка помятых) коробок, с содержимым похожим на дешевый пакетированный чай. Как вдруг в полнейшем ужасе, просто-таки инстинктивным движением сбросил звонок. Казалось бы, за почти две недели можно было бы и привыкнуть к грубости в различных ее проявлениях, но что то мне подсказывает, что услышанное впечатлило бы и видавшего виды портового грузчика.

Как бы то ни было, через два дня я подал заявление (кстати, так и не получив расчета), так что дальнейшие события происходили уже без меня. А случилось вот что. Этот самый дядечка оказался видной бонзой из местных то ли силовых, то ли военных структур и, очевидно, очень обиделся, что какой-то хмырь на том конце провода мало того что знал личный номер его мобильного телефона, так еще и посмел усомниться в некоторых уставных функциях его организма. В общем, одним чудесным утром в офис с песнями и плясками заявились маски-шоу, изъяли всю оргтехнику и документацию (правда, потом вроде бы вернули), опрашивали сотрудников, и так далее, по полной программе. А посреди всего этого великолепия с важным видом прохаживался мой несостоявшийся клиент и, видимо, все еще не оправившись от тяжкой обиды, кричал, что он-то еще может целую роту на своем *** вертеть.

Аня

Например, в 14 лет я подрабатывала озеленителем на заводе. В нашей бригаде было пять человек. Я, моя подружка, пацан, чья бабушка была начальником бригады и Витя, который все время говорил: «Дай я тебя обниму». Наш отдел назывался ОХО, и мы стояли на страже зеленых насаждений завода. По факту мы пили молоко, валялись в траве, кидались в Виктора шишками и отнимали пирожки у пацана, чья бабушка была начальником бригады.

В 16 я пошла летом опять на завод, только теперь я была упаковщицей газовых счетчиков. Крутила гайку, собирала фильтры, у нас даже был ручной конвейер.

В соседнем отделе работали мои одноклассники. Я уж не знаю, что они делали, но руки у них были всегда в каком-то мазуте. Поэтому периодически они ловили меня в коридоре и пытались сделать из меня индейца, разукрасив лицо мазутом. Было весело, пока меня не отругал начальник бригады.

В 25 я работала педагогом-организатором. Осенью повезла детей в Анапу. Мы ехали на поезде. Со мной было 19 детей в возрасте от 14 до 15 лет. И я одного потеряла. Ну как потеряла. Он вышел в тамбур покурить, а я не заметила, перепугалась, подумала, что забыла его на какой-то станции, что меня посадят в тюрьму или его родители меня убьют (не знаю, что хуже). Пацана я потом нашла, отругала, и сказала, что в Анапе его ждет уже отец, чтобы всыпать ремня за такие фокусы. Не знаю, поверил он или нет, но в тамбур больше не ходил.

Арина

Неудачная история, связанная с работой, у меня случилась совсем недавно. Я редактор развлекательной программы на телевидении и стремлюсь к тому, чтобы сделать каждый ее выпуск непохожим на предыдущий. И вот, когда я узнала о предстоящем фестивале тюльпанов, я подумала, что нужно ехать и снимать там программу.

Дорога неблизкая, 250 км от Саратова, еще и долгожданный для всех выходной. Но я решила, что это не преграда и ради классных съемок можно пойти и не на такое. И вот мы едем по разбитым дорогам, внезапно начинает лить дождь. Но это ничего, у нас прекрасное настроение, наш тимбилдинг просто зашкаливает. Но все испарилось, когда мы доехали до места назначения. Точнее, доехали до поворота на фестиваль. Дело в том, что тюльпановое поле находится далеко в степи, в пятнадцати километрах от основной дороги. Я напоминаю: льет дождь. И вся проселочная дорога разбита грязью и лужами. Нас довозят до туда на УАЗике, потому что на любой другой машине добраться невозможно.

Мы приезжаем, а там все выглядит так, словно на фестиваль было совершено нападение. Из-за дождя все люди быстро сворачивают палатки, а посетители спешат погрузиться на УАЗик, чтобы отправиться обратно к своей машине.

Мы наступаем на землю, а на кроссовки налипает грязная жижа, они становятся все тяжелее и тяжелее. Я понимаю, что это конец. Что мы ничего здесь не снимем, и думаю о том, как бы спасти ситуацию.

Тут я вижу вдалеке мужчину, который едет на телеге с лошадью, и думаю про себя: «Ура, мы спасены! На телеге можно сделать классную съемку». И начинаю кричать ему, быстро иду в его сторону: «Мужчина, подождите! Мы хотим…». Я не успела договорить, потому что поскользнулась и упала в грязь всем телом. Вся моя одежда была в грязи и тут я уже точно поняла, что ничего мы на фестивале тюльпанов не сможем снять.

Андрей

Да, в целом, все позитивненько всегда. Работал PR-щиком в клинике, по долгу службы присутствовал на полостной операции с согласия пациента.

Так вот, когда видишь чьи-то кишки в первый раз, это очень… очень… Ну как бы это сказать… Необычно.

Вообще, не советую никому настолько близко знакомиться с людьми, ну только если вы не хирург или не PR-щик в клинике. Встречаешь потом пациента в жизни и думаешь про себя: «Про тебя я знаю даже больше, чем ты сам».

Иван

Самым первым местом моей работы был Саратовский водоканал. С этим местом связано много не самых лучших воспоминаний, так как работа была так себе. Но, тем не менее, был один забавный случай. Перед своим уходом я получил отчет от подразделения, который мне нужно было занести в компьютер, проанализировать его, все проверить, сдать на подпись.

Так как это были мои последние рабочие дни, работать особо не хотелось, делал я всю эту работу «на отвали». И, сам того не заметив, допустил досадную ошибку в данных. Вместо суммы в сто тысяч, написал сумму в миллион рублей.

Если говорить проще, «немного» подразорил и без того разоренное предприятие. Но меня это уже не волновало, так как по сути, в тот день я уже не работал и не имел никаких обязательств перед компанией.

Александр

Случай произошел как раз после нестабильного декабря 2014. В тот момент я работал на крупном производственном предприятии, более 70 человек в штате. Компания сильно зависела от курса евро и доллара, большую часть материалов закупали в Германии и ситуация декабря 2014 повлияла на весь бизнес. С января по апрель основная часть сотрудников не получала зарплату и продолжала работать, так как многие достаточно лояльно относились к руководству с одной стороны, и боялись потерять свое место.

Удивительное произошло 1 апреля, когда руководитель пригласил на личную встречу и сообщил о том, что моя зарплата в период с января по март теперь сокращена вдвое. Естественно, что после такого поступка, компания потеряла очередного сотрудника.

Мирон

Работаю я в магазине автозапчастей, в отделе автохимии и красок. Не так давно случай был, к нам заходит дедушка, и спрашивает у меня зеленую краску, и сразу предупреждает, что его сосед попросил ему краску купить. В общем, называет номер цвета, я ему даю баночку, он начинает интересоваться, какой расход, сколько надо разбавлять, я ему начинаю объяснять и говорю, вы же не себе, вам же только заказали, он никак не отреагировал. Спрашивает цену, я ее называю, на что он мне говорит: «Ты мне погромче говори, я не слышу». Я ему громче снова цену называю, он снова: «Не слышу я». Я опять уже чуть ли не ору, просто цену называю, он снова: «Да глухой я, погромче». В общем, еще громче вроде услышал. Дальше спрашивает, какой туда грунт нужен, он-то говорит с нормальной громкостью, и я начинаю как обычно говорить, и он ведь слышит все, кивает, «ага-ага», «а растворитель к грунту какой?», я решил проверить и начал тише говорить, такой-то такой, столько-то столько добавлять, тише и тише говорю и слышит же! У нас такие частенько заходят, «кто не себе берет», чтобы было проще вернуть товар, если не понравится или найдет дешевле.

Алина

Работала я в «Befree» в ТК Мой Новый продавцом-консультантом. Воришки были разные. Есть залетные, кто один раз и с трясущимися руками тырить вещи пытался. Их просто спугнуть — достаточно подойти к примерочной и спросить все ли в порядке. Те мигом вылетают и уходят ни с чем.

Есть профи. Была одна девушка, совершенно не примечательная на вид, одетая как типичная жительница пролетарки, потрепанная кожаная куртка, штаны темные. Она смогла обойти весь зал так, что ее не заметил ни один работник. Методично сняла магниты с одежды, срезала бирки и удалилась, как ни в чем не бывало. Я заметила неладное, когда в примерочной кто-то долго копался, но это был мой первый день работы. Да-да, в первый день и на приключения. По регламенту мы не имеем права просить показать вещи, камер в магазине нет, хоть и повсюду вывешены предупреждения-муляжи. Единственный вариант вызвать охрану и либо вы, дамочка, каетесь в краже и вытаскиваете свое барахлишко, либо мы вешаем на вас всю недостачу и проводим инвентаризацию немедля. Дама удалилась.

Я осталась, нервно кусая ногти, ибо инцидент неприятный. И черт меня дернул спустя пятнадцать минут пройтись по комплексу. На обратном пути со второго этажа, на эскалаторе я увидела ее. Как же билось мое сердце. Я тронула ее за плечо и прямо спросила: «Девушка, и не стыдно вам воровать?». И тут на меня поднимаются два ангельских глаза и невинно вопрошают: «Вы о чем?».

Меня это не сбило столку, но ошарашило. «Вот вы воруете, да еще такие вещи, а это вычитают из нашей зарплаты. Носите с удовольствием». Та засеменила и, не моргнув и глазом, не дрогнув плечом, ушла. Обидно было, но теперь вспоминаю как нелепый случай.

Также есть воришки, у которых напрочь отсутствует логика, либо есть, но странная. Они вырезают магниты по кругу, оставляя в одежде дыру. Так, мы, видимо, спугнув девушку, проверили вещи — а они с дырками. Ужасная гепардовая кофточка. И где мы нашли магнит от нее? В гепардовых ботильонах. Как, правило, те, кто воруют давно, сначала осматриваются, делая несколько заходов. После выбирают вещи, стараясь не попадаться на глаза, могут и диалог завязать. Часто попадаются на том, что в примерочную берут несвязный размерный ряд, одно дело разница два-три размера S-M, другое XXL и S. А еще рамки в магазинах не работают, если вещь бросить над ними.

0 0 0 0 0



Вконтакте
facebook